Breakdance: красота по-американски

Страна гамбургеров и жареной картошки не только заставила многих страдать от ожирения, но и подарила действенный способ избавиться от лишних калорий путем их беспощадного сжигания. Средством для этого стали не хрящи и ананасы, и даже не видео с участием Синди Кроуфорд, а то, что в привычном понимании этого слова сложно назвать танцем – breakdance. Как ни странно, прародителями этого ломаного танца, впоследствии переросшего в целую культуру, были абсолютно не страдающие от переедания негры, или, если хотите, афроамериканцы из Южного Бронкса. Последний является одним из самых преступных районов города Большого Яблока, что еще раз подтверждает правоту народной мудрости, гласящей, что “голь на выдумку хитра”. Случилось это в 60-е, в период всяческих сексуально-психоделических революций, и знаменовало собой возникновение street culture, о которой сегодня ничего не знает житель разве что очень крайнего Севера.

Всякий танец, даже такой абстрактный как, скажем, Robot – одно из направлений верхнего брейка, неразрывно связан с музыкой. В роли звукооператора зарождающегося движения выступил выходец с Ямайки по имени Кул Херк (Cool Herc). Появление его в Нью-Йорке совпало с утратой доверия к местным негритянским радиостанциям. Польстившись на высокие заработки, они уступили свой эфир белому диско, в то время как постоянные слушатели привыкли к новостям своего района и соответствующей музыке.

Тут-то и появился Кул со своими подпольными вечеринками и парой вертушек. Конечно, он не был одинок в своих начинаниях, в числе соратников необходимо назвать Pete DJ Jones, DJ Hollywood, Eddie Cheeba, "Love Bug" Starski, но Кул Херк впервые начал делать то, что заслуживает отдельной книги – он начал сводить пластинки, получая в результате нон-стон, или, как стали позже говорить, микс. Репертуар новоявленного гуру состоял преимущественно из funk’a ala James Brown и других близких афроамериканскому сердцу стилей вроде hip-hop, r’n’b и soul. А так как произведения не всегда отвечали нуждам танцующих, изворотливый Херк по несколько раз повторял наиболее зажигательные моменты треков, создавая так называемые “breaks” (не путать с одноименным музыкальным стилем). Под них то и танцевали первые прото-брейкеры, смело шагая в образованное расступившейся толпой пространство и демонстрируя свою ловкость и чувство ритма. Наиболее активных участников стали называть би-боями (b-boys), а танец брейкдансом (breakdance).

Время шло, и к концу 60-х брейкданс разделился на два абсолютно индивидуальных стиля: так называемые “нижний ” (собственно, breaking)  и “верхний” (boogie).

Первый был порожден вечеринками Херка и являлся истинно нью-йоркским детищем. Широкую популярность приобрел после того, как легенда и культ американской дэнс-культуры Джеймс Браун написал песню The Good Foot и во время выступления исполнил некоторые элементы этого танца. По своей структуре и ритмике он представляет собой довольно сложные акробатические трюки, выполняемые на большой скорости, и требует отличной физической подготовки.

Родиной второго можно считать Лос-Анжелес, всегда славившийся своими уличными мимами. Именно их пластика и абсолютный контроль за движениями тела лег в основу буги (boogie), в последствии развившемуся в множество подстилей. Основными стали локинг (locking), активно использующийся в различных вариациях звездами эстрады всего мира, фаворит дискотек – робот, как правило, танцуемый уличными би-боями египетский стиль - кинг тат (king tut) и, конечно, электрик буги (electric boogie) – стиль наиболее близкий к изначальному.

К тому времени уже существует официальная идеология брейк-данса. Так, апостол черной музыки Джордж Клинтон придумал целый научно-фантастический миф. Он гласил, что в Золотом Веке жили счастливые танцующие народы и "свобода была свободной от необходимости быть свободной". Но с приходом священников все изменилось – люди познали принцип удовольствия и стали жирными, ленивыми и злыми. Тогда последние хранители идеалов Фанка улетели на космическом корабле "Mothership" и теперь изредка являют себя в виде летающих тарелок и прочих аномалий. Цель их предельно ясна – они хотят научить людей танцевать.

Эта футурология нашла отражение как в развитии робот-стиля, изображавшего тех самых фанк-пришельцев, так и в общей концепции, превращающей каждый концерт во встречу с пришельцами. Особо преуспел в этом легендарный Африка Бамбаата (Africa Bambaata), воспитавший не одно поколение адептов космического фанка.

В то же время акробатический уличный брейкинг стал своего рода оружием уличных группировок-crews: вместо того, чтобы выяснять отношения путем рукоприкладства, теперь каждый район демонстрировал свою силу в танце. По мотивам этих ритуальных сражений затем будут сняты фильмы с участием исторических "Rock Steady Crew" и "New-York City Breakers".

На данный момент, би-боинг развился в полноценную индустрию и включает в себя четыре направления: брейк-данс, диджеинг, граффити и виртуозное владение речитативом – rapping. Каждое из них весьма интересно, но, к сожалению, требует отдельного обстоятельного рассказа.

Вадим Грибоедов